Но едва только Гриша вошёл в избушку, как из-за деревьев выскочили два человека и опрометью бросились к Славному Дружку.
— Ж-живо! — прошипел один из них, забираясь в кабину.
— Живо! — нажал другой на педаль.
— Хвать-Похвать! Мой Хвать-Похвать! — радостно воскликнула Шуба.
А Хвать-Похвать, цепко зажав руль жирными пальцами, круто развернул машину и на полной скорости погнал её по лесной дороге.
Всё произошло так быстро, что Бибишка растерялся. Фары его залепило грязью, он плохо разбирал дорогу. Натыкаясь на кустарники, шаркая кузовом о стволы деревьв, Бибишка мчался стремглав, ни о чём не думая. Он даже не понимал, что произошло!
— Хвать-Похвать! — стонала от счастья Шуба. — Как я рада! Как я рада!
Хвать-Похвать сперва не обращал на Шубу внимания. Он хотел побыстрее удрать от Гриши. И только когда они, наконец, выбрались из леса, Хвать-Похвать сказал своему приятелю:
— Вроде знакома мне эта Шуба… Ага, так и есть!.. Я её носил, когда кондуктором работал.
— «Работал»!.. Го-го-го! — захохотал приятель. — «Работал»… Скажешь тоже!..
— Узнал! Он меня узнал, — радовалась Шуба. — Вот счастье!.. Имейте в виду, грузовик: вами управляет сейчас редкий человек! Вы должны его слушаться!..
Бибишка не отвечал. Он бежал с невероятной скоростью. Ещё ни разу в жизни ему не приходилось ездить так быстро. И никто его не тормозил, никто не сдерживал. Вот хорошо-то!.. Кажется, в самом деле Хвать-Похвать — редкий человек. В приятную компанию попал Славный Дружок!
Теперь они катили по широкому шоссе.
Мимо пролетали и оставались позади перелески, вспаханные поля, деревянные мостики, редкие домики… Вихрем проносился Бибишка мимо встречных автомобилей, прохожих, велосипедов… Всё мгновенно появлялось и исчезало, только серая тяжёлая пыль крутилась в синем весеннем воздухе.
— Удача! — сказал Хвать-Похвать.
— Повезло нам! — отозвался его приятель. — Ничего не скажешь — повезло! Не каждый день удаётся украсть грузовик с почтовыми мешками.
— Брось болтать. Скажи лучше, что дальше будем делать?
— А вот сейчас остановимся и пощупаем мешки. Ой, удача!.. Там, наверное, деньги!
Хвать-Похвать остановил Бибишку.
— Не свернуть ли нам в сторону? — спросил он приятеля.
— Не надо. Кто нас тут увидит?.. Людей поблизости нет. Давай, Хвать-Похвать, скорее!..
Воры забрались в кузов и попытались развязать один мешок. Но он был завязан прочно. Воры и так, и сяк — ничего не выходило.
— А! Только время теряем! — крикнул Хвать-Похвать и, достав из-за пазухи острый нож, полоснул им по мешку.
Оттуда потоком хлынули открытки с яркими цветочками.
— «Поздравляю!.. Желаю здоровья! С днем рожденья!..» — зашушукались открытки.
Хвать-Похвать отшвырнул их ногой, и они легкими бабочками полетели по шоссе.
— Нет здесь денег!
— Наверное, в другом мешке…
Но и в другом мешке были только письма.
— Проклятье! — закричали воры и в ярости стали грязными сапогами топтать конверты и открытки. — Проклятье!
— Ах, несчастный Хвать-Похвать! — вздыхала Шуба. — Бедненький, несчастный!..
Запачканные письма сыпались из кузова прямо на дорогу. В сторонке, возле канавы валялось тоненькое письмецо: «Папочка, приезжай скорее, бабушка очень больна!»
Увидев, что Бибишку украли, Гриша бросился вдогонку. Задыхаясь, обдирая лицо и руки о ветки деревьев, спотыкаясь о пни и корни, он бежал прямо по лесу, чтобы хоть немного сократить расстояние.
Однако когда Гриша, наконец, выбрался на дорогу, Бибишки, конечно, и след простыл. Разве под силу человеку догнать машину!
Усталый, измученный шофёр брёл по просёлочной дороге и вдруг увидел старенький, запылённый грузовичок. Грузовичок не торопясь ехал по своим колхозным делам.
Гриша закричал: «Стой! Стой!»— и отчаянно замахал руками.
Шофёр грузовичка заметил Гришу, остановил машину. Гриша подбежал и в двух словах объяснил, в чём дело.
…Эх, и понеслись же они! Старенький грузовичок старался изо всех сил; он уже позабыл, когда ему приходилось бегать с такой скоростью… Мотор завыл, стонали рессоры, дребезжал кузов, а деревянная кабина шаталась из стороны в сторону…
Вот и шоссе.
— А ну, ещё быстрее! Поднажми, старичок! Не робей!..
Колхозный шофёр пригнулся к рулю, а Гриша смотрел вперёд на дорогу и в стороны: не виднеется ли где-нибудь Славный Дружок… Нет, ничего не видно. Лишь сверкает на солнце асфальт да мелькают кустарники, мостики, поля… Но что это?..
— Стоп! — крикнул Гриша. — Письма на дороге!
Оба шофёра в одну минуту подобрали разбросанные конверты и открытки. Все подобрали… кроме тоненького письмеца, которое так и осталось лежать в стороне, возле канавы.
Но где же Бибишка?..
У Хвать-Похватя испортилось настроение. Как же — думал, в мешках деньги, а там — письма.
Приятель его тоже сидел мрачный и злой.
Ехали теперь медленнее, чем раньше, озираясь по сторонам, чтобы свернуть в лес. Но подходящей дорожки не попадалось. Обернувшись, Хвать-Похвать увидел, что их догоняет какой-то плохонький грузовичок.
Хвать-Похвать прибавил скорость.
Грузовичок начал отставать.
Бибишка мчался легко и радовался, что никто его не может догнать. Издали он услышал голос Гриши:
— Стой, стой, Славный Дружок!
— Ах, не обращайте внимания, — сказала Шуба. — Не останавливайтесь… Разве этот Гриша позволял вам бегать так резво?.. Не останавливайтесь. Слушайтесь Хвать-Похватя; с ним нам будет спокойно и приятно.
— Стой, Бибишка! Стой, Славный Дружок! — кричал Гриша. Колхозный грузовичок выбивался из сил.
— Ну, ещё!.. Ещё немного! — уговаривал его Гриша. — Сейчас… Сейчас догоним!..
Воры сообразили, что их хотят поймать.
Хвать-Похвать нажал на педаль, и Славный Дружок полетел быстрее птицы!
«Вот она — настоящая свобода! — думал Бибишка, задыхаясь. — Вот как я умею бегать!.. Не то, что с Гришей!.. Только мне что-то дышать трудно… Ничего, ничего… Зато я бегу быстро…»
— Молодец, грузовик! — визжала Шуба. — Я вас хвалю, слышите?.. Мы убежим от этого Гриши! Мы будем жить с Хвать-По-хватем. И вам уже никогда не надо будет больше работать! Слышите?.. Вы не будете работать! Мы заживём спокойно, неподвижно!..
«Спокойно?.. Неподвижно?.. Не работать?..»
В этот момент Бибишка вспомнил, что его родители — рабочие! Он подумал, что никогда не хотел жить спокойно, неподвижно… И почему он должен делать так, как хочет эта мохнатая Шуба? Ей бы только валяться, околачиваться без дела… А Бибишке всегда нужна работа!..
И письма… Почему они выбросили письма? Ведь письма нужны людям… Ах, зачем же я бегу сейчас так быстро?.. Я задыхаюсь, я больше не могу… Гриша, Гриша!.. Гриша, где ты?..
— Стой, Бибишенька!.. Остановись, родной!.. — донёсся Гришин голос.
И тогда Славный Дружок нарочно свернул в сторону, перекатился через канаву и всеми колёсами въехал в размокшую, липкую глину.
— Проклятье! — заорали воры. — Проклятый грузовик! Куда ты нас завёз?.. Как нам отсюда выбраться?!.
Хвать-Похвать отчаянно нажимал на педаль; мотор работал, но колёса бесполезно крутились на месте; жидкая глина вылетала из-под них…
— Надо подложить что-нибудь под колёса, чтобы не скользили! — крикнул Хвать-Похватю его приятель.
— Мы погибли! — застонала Шуба. — Надо бежать!.. Хвать-Похвать выскочил из кабины, потащив за собой Шубу.
— Ах, как я счастлива! — обрадовалась она. — Хвать-Похвать не оставляет меня здесь; даже в эту минуту он вспомнил обо мне!.. Он возьмёт меня с собой!.. Какое счастье!.. Добрый Хвать-Похвать!..
«Добрый» Хвать-Похвать жирными пальцами взял глупую Шубу за подол… и затолкал её под колёса.
— Я погибаю! Я умираю, — пропищала Шуба. Колёса прижали её к глине и проехали по ней.
— Вперёд! — заорал Хвать-Похвать, холодный пот выступил у него на лбу. — Бежим!..
Но в этот момент Гриша и колхозный шофёр настигли воров.
Воры сидели в кузове колхозного грузовика. Руки у них были связаны.
— Попались! — сказал Гриша.
— Попались… — грустно согласился Хвать-Похвать.
Славный Дружок вздыхал и вздрагивал. Он опять получил урок: надо уметь отличать плохих людей от хороших, иначе легко можно угодить в дурную компанию, в неприятную историю…
Поехали обратно по шоссе. Впереди колхозный грузовик со связанными ворами. Позади — забрызганный грязью Бибишка.