Учитывая то, что встречаемся мы всё же с бандитами, а не с профессиональными военными, мы можем допустить, что точка встречи с лодкой-проводником будет определена не слишком далеко от входа в действующий фарватер. Поленятся граждане производители наркотиков вести нас до входа долгим обходным маршрутом, как есть поленятся.
Но для «зодиака» мины не представляют такой же опасности, как для судна с нормальной осадкой. И возможных путей пройти вглубь территории на резиновой лодке гораздо больше, чем на нашем траулере. Если аккуратно, конечно. Скрытно. Если не нарываться.
Второй предпосылкой было то, что из-за наших художеств по поводу оплаты услуг ранее назначенная дата встречи уже недействительна, а новая ещё не определена. Поэтому до суток, а то и двух временной форы мы вполне сможем себе выторговать, чтобы использовать их с пользой для себя.
Ну и третьей предпосылкой к созданию подобного плана было то, что мы были очень хорошо оснащены технически — по местным понятиям, разумеется. Конечно, нас не обеспечивали данными наблюдения со спутников, и мы не могли вызвать артиллерийскую или авиационную поддержку, но даже факт наличия самых современных ночных очков, прицелов, биноклей, лазерных дальномеров, бесшумного и мощного оружия — в этих условиях стоил очень многого. Плюс прекрасная подготовка каждого в группе, хорошие средства связи и всё прочее, включая гранатомёты и мины МОН-50. Теперь верите, что, как я уже говорил раньше, в армии не бывает жадности, а лишь «разумная запасливость»? Вот и я о том же.
Большой залив, судно «Нинья»
22 год, 39 число 8 месяца, четверг, 01:00
Шкипер Соуза сменился с вахты в полночь, уступив её Пако. И был изловлен нами с Бонитой, для того, чтобы просветить нас в особо животрепещущем вопросе — прочитать лекцию на тему «Водный и сухопутный животный мир зоны мангровых болот в дельте Амазонки в мире Новая Земля». Потому что знание такового мира вполне могло внести существенные коррективы в предварительно разработанный план действий в том районе.
Шкипер долго ломаться не стал — лишь сходил к холодильнику в кают-компании и вернулся с тремя бутылками пива «Alabama's Best», явно из пополненных в Билокси запасов. Две протянул нам, одну взял себе. Свернул пробку с тихим «чпоком», над горлышком мелькнул и пропал белый дымок. Мы расположились прямо на палубе, на корме, Бонита пристроилась ко мне сбоку, и я обнял её за плечи, а шкипер сел по-турецки напротив и взялся нас просвещать:
— Рассказывать можно долго, и всего я и сам не знаю, — он хлебнул пива. — Начну с суши. Первое — насекомые. Насекомых много, в основном все отвратительные. И с виду, и повадками. Под деревьями без капюшона даже не ходите. Пиявки. Падают за шиворот, когда задеваешь ветки, присасываются. Во-первых, сложно оторвать — надо прижигать, во-вторых, впрыскивают в кровь что-то, отчего потом из любой царапины как из перерезанной артерии хлещет. В каждом камуфляже, выпущенном в этом мире, есть сетчатые или иные капюшоны, свёрнутые и спрятанные в воротниках. Показывать надо, или вы заметили? — добавил он с ехидством.
— Спасибо, это мы уж как-нибудь, — в тон ответил я.
— Это хорошо. — Соуза опять приложился к бутылке. — Дальше — комары, мошки, всякая летающая мелочь. Настоящий ад. У нас есть репеллент, сделанный из цветов местных лиан — отпугивает большинство насекомых, но следует регулярно подновлять его слой. В идеале, независимо от температуры и влажности, лучше надевать перчатки, сетку на лицо и прочую защиту, а уже её пропитывать репеллентом. Так надёжней. Перчатки «волосатые» есть?
— Есть, — кивнула Бонита.
«Волосатые» перчатки — местное изобретение. Действительно, вся наружная поверхность перчаток топорщится тонкими волосками из лески, как мохнатая гусеница. Зачем? Очень мешает кусающим насекомым приблизиться к коже, при этом сама ткань перчаток сетчатая, с нормальной вентиляцией.
— Дальше — пауки, — продолжал тем временем шкипер. — Пауки разные, но есть особо поганый вид — амазонский тарантул. Чёрно-красная тварь размером чуть не с воробья — прыгучая, кусачая. Впрыскивает парализующий яд, а самка ещё может прямо в живое тело яйца отложить, и потом хирурги замучают. Живёт в основном под опавшими и гниющими листьями, роет ходы. Заметить сложно, и можно напороться на эту гадость неожиданно. Из плюсов — жвала у него не слишком длинные, рассчитаны в основном на то, чтобы выкусить кусок кожи. Поэтому одежда защищает неплохо. Главное — не дать ему вцепиться в голое тело. С этим всё ясно?
Я с пониманием покивал. С ядом этого тарантула я был знаком накоротке, можно сказать.
— Мохнатые сколопендры, — продолжил между тем Соуза. — Водятся везде, все их видели, но в этих местах они больше, злее, и яд у них хуже. Ядовиты сами волоски — получаешь ожог и сильнейшую аллергию, помимо отравления. Не умрёшь, но будешь неделю себя чувствовать как живой покойник. Нарушается ориентация, ничего не соображаешь, кружится голова, тошнота и прочие проблемы. Водятся везде, но в основном — в траве и под листьями кустов, на нижней их поверхности.
— В Техасе они тоже не игрушечные, — возразила Бонита.
— Знаю я ваших техасских, — усмехнулся шкипер. — У техасских, даже чёрных, яд слабый. Амазонские хуже — и раза в полтора больше.
— Понятно, — кивнул я, поморщившись. — Что ещё?
— Ещё? — задумался Соуза. — На земле ещё змеи. Разные. Очень большие, но редкие, водятся в воде и на суше, вроде анаконды. В принципе, не агрессивные, но опасные, если нарвёшься. Просто знайте, что их следует уважать. И змеи поменьше, ядовитые. Запомните, в этом мире ужей и полозов нет — все небольшие змеи ядовиты. Все до единой. Ведут себя как змеи в Старом Свете, то есть сами не нападут, но спровоцировать несложно. Без пристежных голенищ — никуда.
Ну, насчёт дополнительных голенищ мы ещё в Техасе научились соображать: змей и в траве в саванне хватает, — поэтому после захода солнца, когда змеи выбираются на охоту, там без них пешком не ходят. В общем, у всех в рюкзаке по комплекту имеется.
— Крупных хищников на островах нет — слишком мало места для них, но иногда попадаются ядовитые обезьяны, — продолжал шкипер. — Говорят, к настоящим обезьянам никакого отношения не имеют, скорее просто зверюга, умеющая прыгать с дерева на дерево. Морда как у собаки скорее, даже на бабуина не слишком похожа. Что интересно — ядовитых желез нет. Ядовиты все зубы, сами по себе, при укусе несколько остаётся в ране и быстро растворяется в крови. А у твари за неделю новые вырастают. Зубы как иголки — их штук двести во рту. По слухам, вроде как из этой обезьяны какое-то лекарство начали делать для быстрого заживления ран: регенерация у неё невероятно быстрая. В общем, скоро эти макаки тоже в статью дохода превратятся, как мне кажется.