Белинда вздохнула. Эти слова были настоящим оскорблением, пусть и тщательно замаскированным. Разумеется, маркиз подразумевал, что ее с Тодом совершенно друг к другу не тянуло. Пусть в этих словах и есть некая доля правды, легче все равно не стало.
Она видела, как Тод судорожно сжимает зубы, а Колин — кулаки.
Белинда поспешно вклинилась между мужчинами:
— Это просто невыносимо! Прекратите сейчас же! Оба.
С нее хватит! Белинда повернулась на каблуках и отошла от них в другой конец зала.
Остаток вечера Белинда, непрерывно болтая со знакомыми, сумела избегать и Колина, и Тода. Согласно традиции, установленной на таких мероприятиях, они с Колином, как муж и жена, не могли сидеть рядом за столом. И слава богу, Тод также сидел достаточно далеко.
Вечер вскоре подошел к концу. По дороге домой они с маркизом обменялись лишь парой слов. Когда же добрались до Холстед-Холла, Белинда быстро поднялась наверх и сразу пошла в свою спальню. А Колин задержался внизу, разговаривая с дворецким.
Только заперевшись в своей комнате, она наконец-то смогла расслабиться. Она уселась за туалетный столик и принялась снимать драгоценности.
Белинда смотрела на свое отражение в зеркале. А из зеркала на нее смотрела сдержанная женщина, превосходно умеющая скрывать свои эмоции. Белинда еще не смыла макияж, ее глаза ярко горели — казалось, она все еще переживает сегодняшние события.
Она знала — в любую минуту могут послышаться шаги Колина, идущего в свою комнату, но их все не было.
Белинда сжала губы. Истербридж все не шел, и она начинала по-настоящему злиться.
Да как он только посмел?!
Немного поколебавшись, Белинда поднялась, вышла из комнаты и направилась к лестнице.
Спустившись вниз, она прислушалась. Из библиотеки раздавался какой-то шум.
Когда Белинда вошла в библиотеку, Истербридж поднял на нее взгляд.
В одной руку мужчина держал графин, в другой — стакан. Развязанный галстук свободно болтался у него на шее. Маркиз выглядел очень усталым, но по-прежнему чертовски привлекательным.
— Выпьешь? — спросил он.
Она покачала головой.
— Как хочешь, — равнодушно ответил Колин, плеснув себе в стакан.
Как это на него не похоже! Обычно его манеры безупречны.
— Ты вел себя просто по-свински!
Истербридж глядел на нее, неторопливо потягивая виски.
— Боялась, что я наброшусь на него, как дикий зверь, и раню?
— Ты его и так ранил своими ядовитыми словами!
— А-а-а, — Колин потряс головой, — а что скажешь о той ране, что нанесла мне ты, дорогая женушка? — (Белинда удивленно моргнула.) — Я — покорный слуга, жадно ловящий каждое твое слово и готовый броситься к твоим ногам по первому знаку.
— Глупая шутка.
— А по-твоему, я шучу? — Колин изумленно выгнул бровь.
Он поставил стакан и подошел к ней.
Но Белинда не собиралась так просто сдаваться:
— Договор, что мы заключили, еще не дает тебе права хамить Тоду!
— Не дает? — переспросил Колин. — А как насчет того, что ты практически вышла за него замуж, являясь при этом моей законной женой?
— Я тогда не знала, что мы все еще женаты.
— Но теперь-то ты это знаешь.
Истербридж неторопливо кружил вокруг нее, а она не могла найти тот единственный ответ, который показал бы всю нелогичность его слов.
Колин остановился перед ней.
— Хорошо, тогда ты не знала, но все равно — ты почти вышла замуж за другого мужчину, являясь моей законной женой.
Колин ревнует! И эта ревность делает его чертовски уязвимым.
Эта непрошеная мысль сама пришла Белинде в голову.
Он дотронулся до ее руки. И от этого легкого прикосновения Белинду как будто пронзило током. И Колин это понял.
— Между нами всегда так, не правда ли? — прошептал он. — Иногда это даже мешает.
— Вот как сейчас?
— Мне просто необходимо тебя поцеловать. — И Колин быстро накрыл ее губы своими, не давая хоть как-то отреагировать на свои слова.
Белинда застонала и поняла, что изо всех сил прижимается к Истербриджу, а он в свою очередь крепко обнимет ее. Исступленно целуясь, они слились в одно целое. Казалось, ничто на свете не могло разлучить их.
Сексуальная связь — это лишь одна из бесконечных нитей, связывающих их.
Колин стянул с девушки платье, она сама сбросила туфли.
— Как же мне хотелось свернуть этому нахалу шею, когда он посмел пригласить мою полуобнаженную жену на танец!
— Я так и поняла. — Белинда сейчас действительно это поняла.
Она поспешно освободила Истербриджа от галстука, затем он сбросил с себя пиджак и рубашку.
Девушка провела кончиками пальцев по его груди, затем опустила руку, скользнув по волосам внизу живота.
Маркиз расстегнул пояс, сбросил брюки и ботинки. Теперь они оба остались практически голыми. Она видела, что Истербридж возбужден.
Белинда погладила его сквозь ткань, как бы исследуя на ощупь.
— Да, вот так, потрогай меня, — велел он хрипло.
Стянув с Колина трусы, она опустилась на колени, прикоснулась губами к мужской плоти.
— Белинда, дорогая…
Маркиз поднял Белинду, стянул с нее трусики и повалил на диван.
Обвивая мужа ногами, Белинда чувствовала, как он своим весом прижимает ее к диванным подушкам. Она успела подумать только о том, что библиотека стремительно превращается в их любимое место, ведь, похоже, они просто не в состоянии дойти до кровати…
Колин целовал ей лицо, шею, пока его руки ласкали бедра, а затем они обхватили ее груди… Они оба дышали все глубже, их дыхание смешивалось. В какой-то момент Белинда поняла — весь мир вокруг них исчезает, и остаются лишь они двое, и они необходимы друг другу…
Маркиз на мгновение оторвался от Белинды, надел презерватив и вновь притянул ее к себе.
— Знаешь, — начал он игриво чуть хрипловатым голосом, — до встречи с тобой никогда не думал, что библиотека — это такое сексуальное место.
Белинда невинно захлопала ресницами.
— Предлагаешь поиграть в ролевую игру, где я буду сексуальной библиотекаршей?
Маркиз рассмеялся:
— А почему бы и нет? Была же ты соблазнительницей в Лас-Вегасе.
— А заодно талисманом, притягивающим удачу за карточным столом?
— Иди сюда…
Колин хотел Белинду так же сильно, как и она его. И последней мыслью, которая пришла ей в голову, было опасение — если она не может устоять перед ним сейчас, то и потом не сможет…
Белинда побыстрее отогнала от себя эту мысль, чтобы ее не пришлось додумывать до логического конца.
Пока Колин, на лошади и с клюшкой в руках, мчался наискосок через поле, Белинда обмахивалась программкой.