Другой тульский конструктор Длугов представил в 1953 г. в Артком ГАУ свой образец 7,62-мм автомата. Основным отличием образца конструкции Длугова от автомата Калашникова стал иной принцип работы автоматики — отдача свободного затвора. Его автомат был оснащен курковым ударно-спусковым механизмом, допускавшим ведение одиночного и автоматического огня. Однако подобное оружие, рассчитанное на использование мощного «промежуточного» патрона образца 1943 г., еще раз. вслед за автоматами Шпагина и Судаева. на испытаниях проявило свою несостоятельность.
Ижевский оружейник Мощевитин в том же. 1953 г., также разработал опытный образец 7.62-мм автомата, созданного с широким использованием деталей и узлов штатного АК: ствольной коробки, прицела, куркового ударно-спускового механизма, допускавшего ведение одиночного и автоматического огня. Но и его образец так и не вышел за рамки опытной модели.
Наряду с этими конструкторами работу над новым оружием продолжали и другие оружейники. Этому способствовало то обстоятельство, что в соответствии с заданием ГАУ, начиная с 1950 г. конструкторские бюро прорабатывали унифицированный образец автомата-карабина под патрон образца 1943 г., объединяющего боевые функции автомата АК и самозарядного карабина СКС. Над подобным оружием работали многие оружейники. Так, в ковровском ОКБ-575 в 1950 г. три эскизные проекта подобного оружия прорабатывали конструкторы А.С. Константинов, Г.С. Гаранин и И.И. Слостин совместно с С.С. Брынневым. В автоматах-карабинах Константинова и Гаранина автоматика работала по принципу отвода пороховых газов из канала ствола, запирание осуществлялось перекосом затвора вниз, однако первый проект имел ударниковый, а второй курковый ударно-спусковой механизм. В проекте Слостина-Брынцева автоматика также работала по принципу отвода пороховых газов, но запирание канала ствола осуществлялось поворотом затвора. Вскоре А.С. Константинов представил еще две модели новых автоматов-карабинов: в одном из них автоматика основывалась на принципе отдачи свободного затвора с газовым торможением кожуха, соединенного с затвором в начальный период отката (подобная конструкция ранее использовалась в германском пистолете-пулемете фирмы Gustloff МР.507, известном также как автомат «Фольскштурм» VG 1–5), в другом — автоматика работала на принципе использования действия пороховых газов на дно гильзы с запиранием канала ствола полусвободным затвором.
Наряду с ними другой ковровский конструктор — В.Р. Чудный, в 1952 г. разработал еще один вариант автомата-карабина. в котором работа автоматики основывалась на использовании энергии отдачи затвора при его раннем отпирании с помощью пороховых газов.
С.Г. Симонов, представлявший НИИ-61, разработал за эти годы 10 разнообразных вариантов автоматического карабина. созданных на базе СКС (АКС-51; АКС-52; АКС-69; АКС-72; АКС-73; СКС-АКС-74; АКС-80; АКС-89; АКС-90; АКС- 91). Их автоматика работала по принципу отвода пороховых газов из ствола, а запирание канала ствола осуществлялось перекосом затвора. Питание патронами осуществлялось из съемных магазинов емкостью на 10 и на 30 патронов.
7,62-мм автомат Длугова. Опытный образец 1953 г
7,62-мм автомат Мощевитина. Опытный образец 1953 г.
Наряду с другими от завода № 74 подключился к работам над созданием 7.62-мм автоматического карабина и М.Т. Калашников. В 1952–1956 гг. им было создано четыре варианта подобного оружия, известного под индексом «ОПЛ». От автомата АК они отличались удлиненным на 70 мм стволом; измененной конструкцией газовой камеры закрытого типа, перенесенной ближе к патроннику, газовая трубка отсутствовала. Вновь вместо единой затворной рамы со штоком газового поршня независимо от стебля затвора был выполнен толкатель с двумя обтюрирующими канавками (как это уже встречалось в первоначальных образцах автомата). Затворная рама по сравнению с АК укорочена. Впервые в конструкцию оружия системы Калашникова был введен замедлитель темпа стрельбы, одновременно выполнявший и роль автоспуска. (ствольная коробка — фрезерованная, замененная в модели ОПЛ 1955 г. штампованной. Крышка ствольной коробки, имевшая направляющие для затвора, закрывала ствольную коробку только наполовину, что было обусловлено требованием снаряжения магазина патронами из обоймы без его отделения от оружия. Для этого затвор удерживался в заднем положении стопором. Флажок переводчика-предохранителя в первом варианте ОПЛ был перенесен на левую сторону ствольной коробки, а в последующих — возвращен на свое привычное место — правую сторону ствольной коробки. Ударно-спусковой механизм был собран в отдельной сборке. Изменениям подверглись также приклад, цевье, ствольная накладка, направляющая возвратной пружины, прицельная планка, летали спускового механизма. Питание — из стандартных 30-зарядных магазинов от АК. Карабин комплектовался опытным образцом съемного клинкового штыка. Технический совет Министерства оборонной промышленности, состоявшийся в июне 1954 г., после проведения ряда исследований представленных автоматов-карабинов Коробова, Константинова, Симонова и Калашникова пришел к выводу о том, что сравнительная трудоемкость изготовления этих образцов составляла соответственно 40–50 %; 55–60 %; 85 % и 90 % от трудоемкости АК, и это несмотря на то, что в новом оружии двух последних конструкторов было использовано большое количество узлов и деталей от штатных образцов. Одновременно с этим в решении Техсовета было отмечено, что «применение в конструкциях Коробова и Константинова полусвободного затвора взамен сложной системы с отводом пороховых газов считать достаточно обоснованным и обеспечивающим возможность значительного упрощения конструкции и снижения трудоемкости». Однако в 1955 г. эта тема была закрыта в связи с решением Министерства Обороны о нецелесообразности иметь на вооружении автомат-карабин, поскольку по опыту эксплуатации облегченного автомата Калашникова было выявлено его возросшее превосходство перед карабином по боевым и эксплуатационным качествам.
Еще в 1954 г. НИПСМВО дал заключение, что — целесообразно провести широкую проверку в войсках возможности использования этого автомата в облегченном варианте со штыком в качестве единого образца индивидуального оружия пехоты. Исследования выявили, что доработанный к тому времени автомат Калашникова, незначительно уступая самозарядному карабину Симонова по эффективности стрельбы одиночными выстрелами на дальности прицельного выстрела (до 400 м), в то же время существенно превосходил СКС по надежности работы автоматики, по маневренности, что давало ему преимущества в условиях ведения боя в ограниченных пространствах траншей, зданий и т. п., а также по боевой скорострельности и возможности вести мощный непрерывный огонь. Проведенные работы завершились выводом НИПСМВО, который поддержало ГАУ МО СССР: «В целях повышения эффективности огня, надежности работы автоматики, живучести деталей и маневренных качеств оружия 7,62-мм СКС целесообразно заменить 7,62-мм автоматом АК».
7,62-мм автоматический карабин Симонова СКС-АКС-74-П-52 с откинутым прикладом. Опытный образец 1952 г.
Неполная разборка 7.62-мм автоматического карабина Симонова СКС-АКС-74-П-52.
В соответствии с требованиями войск и учетом всех вышеизложенных обстоятельств руководство Советских Вооруженных сил признало целесообразным замену в системе вооружения Советской Армии самозарядных карабинов Симонова (СКС) облегченными автоматами Калашникова (АК).
7,62-мм автоматический карабин (автомат) Калашникова. Опытный образец № 1 1952 г.
Неполная разборка 7.62-мм автоматического карабина (автомата) Калашникова. Опытный образец № 1 1952 г.
7.62-мм автоматический карабин (автомат) Калашникова. Опытный образец 1956 г.
Затворная рама и затвор 7,62-мм автоматического карабина (автомата) Калашникова. Опытный образец № 1 1952 г.
7,62-мм автомат Калашникова АК на учениях. 1962 г.
ГЛАВА 13 7,62-мм автомат Калашникова модернизированный (АКМ)
Существенное влияние на развитие вооружений в немалой степени оказывали внешние факторы. Так, с мая 1955 г., после подписания между СССР и странами народной демократии договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи (Варшавский Договор), работы, которые велись в Советском Союзе над созданием качественно новых образцов носимого индивидуального и группового стрелкового оружия получили новый мощнейший импульс. Одним из основных направлений развития сотрудничества между вооруженными силами стран социалистического содружества, наряду с координацией их планов, осуществлением согласованных мероприятий по совершенствованию боевой подготовки, создания унифицированных систем управления войсками, являлось и проведение единой военно-технической политики. В качестве приоритетной задачи перед братскими армиями стояло оснащение едиными комплексами и системами современной военной техники и вооружения. Эта работа проводилась в различных направлениях, в т ом числе и в области совершенствования стрелкового оружия. Еще в процессе подготовки к подписанию Договора наряду с другими встал и вопрос о создании единых унифицированных образцов стрелкового оружия. Одним из первых его поднял маршал Советского Союза И.С. — Конев, занимавший пост Председателя Военного Совета Объединенных Вооруженных сил Организации Варшавского Договора. Он поручил управлению стрелкового вооружения ГАУ заняться отработкой нового базового комплекса автоматического пехотного оружия, предназначавшегося для замены всех других образцов, состоявших па вооружении армий восьми государств — участников Варшавского Договора.