— А откуда они берутся?
— Кто, белки или демоны?
— Ни то ни другое. Откуда берутся белки-демоны?
— Белки из леса, демоны из ада.
— Так, а вот про ад поподробнее.
— Ну, знаешь, — слегка замялся колдун, — если ты жил неправедной жизнью, твою суть после смерти отправляют в ад. И, предвосхищая твой следующий глупый вопрос, отвечу сразу: если кто-то вел жизнь праведную, его суть отправляется в рай.
— Но ты же говорил, что не знаешь, есть ли бог.
— А я и не знаю. Почему ты решил, что если есть ад и рай, то должен быть и бог? Ад и рай — это просто вместилище для сутей людей после смерти. Причем, это не единственное из возможных вместилищ. Некоторые сути, например, поселяются в том же Алям-аль-Метале. А самоубийцы живут в Лимбе, где ты уже побывал.
— А в раю есть ангелы?
— Конечно, есть. Я как раз подумывал, не призвать ли нескольких в помощь.
— А от них будет какая-то польза? — спросил Андрей. Разговор его все больше занимал.
— Да и еще какая! — всплеснул руками Михаэль. — Но если ты призовешь на помощь ангела, на помощь демонов можешь не рассчитывать. Как, впрочем, и наоборот. Они только передерутся. А от демонов, в том, что я задумываю, помощи будет все-таки больше. Поэтому я до сих пор и не решил, к помощи кого прибегнуть.
— А как можно призвать ангела или демона?
— Увидишь, когда я буду их призывать. Принцип призыва у них один и тот же.
— Хорошо, а дьявол есть?
— На этот вопрос ответ такой же, как с богом. Доказательств нет, но скорее всего он существует. В любом случае я не хочу встречаться ни с тем, ни с другим.
— Почему?
— Потому что для меня это наверняка кончилось бы смертью.
— Почему?
— Потому! — наконец вспылил-таки колдун. — Я тебе не справочник! Сейчас тебя должно больше беспокоить встреча с Абдулой.
— Ну меня все же беспокоит, куда я попаду после смерти.
— На большее чем Тарон-Гова не рассчитывай.
— А что…
— Тарон-Гова — это первый круг ада.
— То есть, я попаду в ад?! — воскликнул Андрей. — Вот это ни хрена себе что получается! Надо бы на досуге сходить в церковь.
— Не поможет. Грешить меньше надо.
Тем временем, Машина въехала на МКАД. Огни Москвы горели как-то зловеще, словно насмехаясь над Андреем. Вокруг нет ни одной машины, и хоть время уже приближается к полуночи, это все равно подозрительно. Андрей пару раз бывал до этого в Москве, и его всегда поражала и слегка нервировала толчея машин и суета людей. Как впрочем, и любого жителя глубинки. Но сейчас МКАД словно вымер, и это выглядело как-то жутковато.
— А куда все машины делись? — спросил Андрей у Михаэля. Он сначала хотел спросить у водителя, но сообразил, что от него их отделяет непрозрачное стекло. — И кстати, кто нас везет?
— Нас везет человек Абдулы. Это его машина. И то, что вокруг нет машин тоже его работа. Показывает мне свою силу, доспехами бренчит, старая скотина. Ты даже не можешь представить, какую кучу вероятностей он истратил на это. У меня, признаюсь, духа не хватило бы — так нерационально тратить силы перед предстоящим поединком! А всеми этими фокусами он говорит мне: смотри, какой я сильный! Ты можешь попробовать сразиться со мной, но это будет равносильно самоубийству. Кстати, нас везет колдун всего чуть-чуть слабее меня самого. Это тоже своего рода послание. Смотри, Михаэль, такие как ты, у меня шоферами работают. А сам ты швейцаром у меня мог быть, не больше.
— То есть это демонстрация силы не настоящая? — спросил Андрей, вглядываясь в Московскую мглу.
— Почему же, если бы я работал на него, может быть и швейцаром был. Но то, что я на него не работаю, уже говорит само за себя. А шофер этот, хоть и способен управлять вероятностями почти так же, как я, но управлять ему нечем. Вероятностей-то у него и нет. Скорее всего, Абдула отобрал все его вероятности, и теперь заставляет делать всякую грязную работу. А для колдуна нет почти нечего хуже, чем потерять все свои вероятности. Ты даже не представляешь, что это значит, иметь все и потерять. Стать обычным человеком. А с нашим водителем все еще хуже. Теперь он добывает вероятности для Абдулы. И он в этом не одинок. У Абдулы служат пять колдунов, один даже настолько же могущественный, как он сам. Их всех он когда-то победил и забрал все вероятности, а затем предоставил выбор: или смерть в муках, или вот такое служение. Рабство по-другому. И я уверен, если он меня победит, скорее всего попытается сделать своим рабом.
— А если ты победишь, то отдашь этим колдунам обратно их вероятности?
— С чего бы это вдруг? — удивился Михаэль. — Если они потеряли их в честном бою, или даже в нечестном, у Абдулы было полное право их забрать. Если я убью Абдулу, у меня будет такое же право забрать его вероятности, и вероятности его слуг тоже. Хотя он, наверное, уже давно потратил все, что они ему собрали. Один этот обезлюженный МКАД чего стоит. Но я их освобожу, и они смогут стать снова колдунами, если выживут, конечно. Мне такие рабы не нужны.
— Значит, они снова смогут стать колдунами, если дать им время?
— Да. Месяца любому из них хватит, чтобы восстановить силы. А кое-кому хватит и недели.
— А сколько они ему служат?
— Самый старший уже пятьдесят лет.
— Пятьдесят лет! И за это время он не мог убежать, или накопить эти вероятности?
— Ты мыслишь вполне логично, но забываешь о том, от кого им надо сбежать, — ответил Михаэль. — Если один из них, или даже все вместе, они попробуют уйти, и у них это получится, Абдула тут же узнает об этом. От Знания нельзя закрыться, если не можешь колдовать. И тогда их ждет просто треклятье в спину.
— Треклятье?
— Это смертное проклятье.
— А проклятье?
— Об этом как-нибудь потом. А сейчас о деле. Мы скоро приедем, и я хочу тебя проинструктировать, как себя вести. Во-первых, постарайся не бояться.
— Ну, это просто. После того, что ты со мной сделал, мне сам черт не брат.
— Это только кажется. Абдула будет буквально источать вкруг себя страх. Даже мне будет сложно держать себя в руках. Второе, постарайся не удивляться тому, что увидишь. Это тоже один из его любимых трюков, чтобы пустить пыль в глаза. Он будет строить из себя очень крутого колдуна. Он будет делать это, чтобы запугать меня, но все же. В-третьих, постарайся не говорить с ним. Нет, если он будет к тебе обращаться, отвечай, но отвечай односложными фразами. Не дай ему втянуть себя в разговор. Он постарается тебя соблазнить чем-нибудь, будет предлагать служить ему, всячески врать и сулить золотые горы. И будет он делать это очень убедительно. Ты уже видел, что убеждать он умеет. Он попытается тебя ошеломить, показаться всесильным, но поверь мне, это не так. Есть гораздо более сильные колдуны, чем он и я. Доказательством этому служит то, что он тоже ищет книгу. И еще один интересный факт. Раз в году он отдает практически все свои вероятности своему хозяину, подобно тому, как наш водитель отдает свои Абдуле. Он такой же раб. Может чуть более свободный, но сути его это не меняет. Он тоже платит дань, и поэтому до сих пор жив.